вторник, 21 апреля 2015 г.
воскресенье, 3 марта 2013 г.
пятница, 30 ноября 2012 г.
ШПИОНСКАЯ НАХОДКА
Начало девяностых. Развал страны,
ГКЧП, инфляция и все такое прочее. В стране не то, чтобы грустно, но и веселья
мало. Мало того, накануне передали про очередной шпионский скандал. Таившиеся
вблизи СССР враги с приходом перестройки начали все более наглеть, а с распадом
системы вовсе оборзели, внося в страну хаос и беспорядок, а в наши умы вполне
обоснованные страхи… К чему такое предисловие, поймете дальше.
Мы с женушкой пошли в лес по
ягоды и забрели в Тупой угол. Это такое место, где тропа вдоль реки упирается в
скалу и обрывается, потому как дороги дальше нет.
Место изумительное. Через полянку
от реки огромные поросшие мхом базальтовые лбы, а за ними пихтач, под кронами
которого заросли чернишника. Черные ягоды так привлекательно висят на мелких
ветках, что через какое-то время наши губы и языки становятся лиловыми, а
местами даже черными. Пора бы начать собирать и в туесок, но перед такой важной
работой нужно отдохнуть. Находим поваленное старостью дерево и рассаживаемся на
стволе, как на диване.
Женушка, сидевшая ближе к комлю,
приметила на кустике еще одну ягодку, потянулась за ней… и замерла.
- Там что-то белое…
Мы раскопали мох, набившийся в
прогнивший ствол, и вынули оттуда пахнущий плесенью крапивный мешок. Вывалив
содержимое на землю, мы стали все это разбирать и обнаружили следующее:
металлическая коробочка с рыболовными блеснами; перочинный ножик «Белочка»,
газета десятилетней давности; отдельно упакованный пакет со странным набором
алюминиевых пластин, уголков и горстью болтиков. Набор блесен нас не сильно
удивил, хотя таких в наших магазинах явно не было.
Но вот набор алюминиевых изделий
нас сильно заинтриговал. Мало того, что они были тщательно обработаны, имели
парные размеры от больших, размером с сиденье табуретки и меньше, но каждая из
них была покрыта сетью аккуратно просверленных отверстий. Просверленным были и
уголки. Изготовлено все было так аккуратно, будто на заводе, хотя видно было,
что пластины были ручной работы, и труда на их изготовление было потрачено
немало.
Какие, по-вашему, мысли стали
роиться в наших головах? Конечно – шпионское изделие! На снасть для рыбалки это
было совсем не похоже – зачем, скажите,
для такой «мордушки» сверлить столько отверстий да еще так аккуратно?
Антенна для приема и передачи
шпионских сведений – вот что это! А рыбснасти… это так, для прикрытия. И
советская газета тоже!
Придя домой, мы попытались
собрать это изделие, но как ни бились, в единое целое свинтить его не смогли.
Будто не хватало еще каких-то деталей. Не могли сладить хотя бы что-то путное,
даже перфорированная коробка не складывалась, не то, что какая-то антенна.
Гадали мы, гадали, да так ни к
чему и не пришли. Постепенно пластины пошли в дело – стенки для крольчатника
получились изумительные, а болтики разошлись на всякие разные соединения…
Что это было? Собрался написать
об этом только сейчас. Фотографии того, что осталось, прилагаю. Может быть,
кто-нибудь знает, что такое мы нашли?
Это соединительные уголки и болтики:
Единственная оставшаяся малая пластина, служит решеткой для отдушины:
Были еще пластины раза в четыре большие этой, длинные уголки и еще что-то, но все это постепенно пропало...
среда, 28 ноября 2012 г.
Бухта Барахта
История одного стихотворения
Давно существуют на свете
Милые чем-то слова.
Разгадать их стараются глупые дети.
Я нигде не видал как растет трын-трава…
Мне пятнадцать лет. В радиоприемнике звучат стихи, волнующие мою романтическую натуру. В те годы я жил мечтами о дальних, неизведанных краях; во всяком удивительном событии видел тайну, ждущей моей разгадки; меня уже тянет окунуться в мир сказочных путешествий, где, я знаю, меня ждут таинственные находки и открытия.
Стихи своими таинственными строчками капают на мои трепещущие нервы и вызывают во мне именно то, к чему взывают мои собственные мечты.
Как-то раз, устав от сердечных печалей,
Мы с приятелем двинули на Кара-Даг,
Фляжки взяв, подтянув рюкзаки за плечами…
Время лавинообразного развития туризма еще только начинается, но уже в школе я активно хожу в походы. Атмосфера палаточного бытия увлекает меня, познание секретов выживания в диких условиях пробуждает во мне неведомые мне ранее человеческие способности и давно забытые людьми умения выживать и выжить в природе без помощи достижений технического прогресса.
Стихи из репродуктора продолжают звучать и остаются в памяти, как оказалось, навсегда…
Постепенно тяга к путешествиям вылилась в то, к чему стремился и сам: таежными тропами и по горным рекам началось познание великой страны по имени Сибирь. Байкал, прилегающие к нему прибайкалье и забайкалье, Бурятия, Тува, Саянские отроги, Ленские и Енисейские притоки, сказочные Алтайские плоскогорья, Уральские нагорья… Удивительная, непознанная страна!
Шли два дня по траве, вымокали в росе,
Заплутали, попутчиков не послушав…
Где бы я ни был, стихи были со мной. Я не знал автора, но нередко у костра я повторял строчки, что запомнились мне в юношеские годы, и даже время не могло их стереть из памяти.
Мои турклубовцы1 всех поколений часто спрашивали меня об авторе, но я ничего не знал о нем. Я искал его, пролистывал стихотворные сборники, делал запросы в библиотечный абонемент, но нигде не находил родных мне строчек. Мне это было особенно больно, потому что, по сути, это одно стихотворение создало меня таким, какой я есть в настоящее время. Не только увлечение путешествиями, но и бардовская песня, и тяга к стихотворчеству и музыке были вызваны, я уверен, именно этими строками:
Может, нет трын-травы и искать ее зря,
Но вот Бухту Барахту я все-таки видел!
Наконец, поиски привели меня к автору! Интернет – после многолетнего перелистывания сайтов – вывел меня к тому человеку, кто такими, вроде бы, простыми словами вызвал во мне чувства, сопровождавшие меня всю жизнь.
Пришло время открыть имя автора. Поймите меня - как я был удивлен, даже, можно сказать, ошарашен, когда увидел вот это:
Ю.И.Манин – российский математик, алгебраический геометр, член-корреспондент РАН (1991), академик РАЕН (Российской академии естественных наук), член Королевской академии наук Нидерландов, Гёттингенской академии наук, академии «Леопольдина», Французской академии наук, Американской академии искусств и наук. Почётный доктор университетов – Сорбонны, Университета Осло и Уорикского университета. Один из основоположников некоммутативной алгебраической геометрии и квантовой информатики...
В 1958 окончил МГУ, затем там же аспирантуру под научным руководством И.Р.Шафаревича... С 1960 по 1992 работал в отделе алгебры Математического института им. Стеклова АН СССР. С 1965 по 1992 работал в МГУ, профессор кафедры высшей алгебры с 1967. С 1992 по 1993 профессор Массачусетского технологического института. В 1993 переехал в Германию и принят в Общество Макса Планка. С 1993 по 2005 содиректор Института Макса Планка, Бонн. С 2002 по настоящее время профессор Северо-западного университета, США. С 2005 заслуженный профессор Института Макса Планка.
И еще:
«Юра в моём представлении был прежде всего поэт, и в отличие от всех нас, так или иначе что-то рифмующих, – настоящий поэт. И если бы меня спросили, как я вижу его дальнейшую судьбу, я бы ответил, что вероятнее всего он станет профессиональным поэтом. Ещё я знал, что Юра – настоящий полиглот, знает основные европейские языки, специально изучил итальянский, чтобы читать Данте (знал, конечно, не от него самого, а из рассказов Кронида)». М.Белецкий
Привожу стихотворение полностью.
Есть нелепые, милые чем-то слова,
Разгадать их стараются глупые дети...
Я нигде не видал, как растёт трын-трава.
Просто-напросто нет её, видно, на свете.
Жаль, что нет... Мы её бы растили в горшках,
Поливали, а в дни, когда очень уж туго,
Десять капель настоя на узких листках
Исцеляли бы нас от любого недуга.
Нет, что ж делать... Но я не про то. Было так,
Что однажды, устав от сердечных печалей,
Мы с приятелем двинулись на Карадаг,
Фляжки взяв, подтянув рюкзаки за плечами.
Шли два дня по жаре, вымокали в росе,
Заплутали, попутчиков не послушав,
Мелколесьем блуждали, брели по шоссе,
Пили терпкую воду холодных речушек.
А на третий, в тени запылённой листвы,
Переждав солнцепёк, сдавшись полдню на милость,
Мы увидели море... такой синевы,
Что, быть может, лишь в детстве когда-нибудь снилась,
Будто сердце в ту синюю ширь окунув,
В воздаянье за всё, задохнулся в ветрах ты...
А внизу, в описанье маршрута взглянув,
Мы нашли эту бухточку – бухту Барахты.
И опять, будто детство, подарки даря,
Утешало мальчишку, которого кто-то обидел...
Может, нет трын-травы, и искать её – зря,
Ну, а бухту Барахты я всё-таки видел.
Простые, незатейливые строчки, но каким огромным своим обаянием они подействовали на меня, тогдашнего мальчишку, если я запомнил их с одного прочтения по радио и пронес их сквозь всю мою жизнь!
Вот такая история одного стихотворения в истории одного человека. Конечно же, я совершенно не знаком с Ю.И.Маниным, и думаю, он даже и не подозревает о такой роли «Бухты Барахты» в жизни какого-то далекого неизвестного ему человека, но, пусть поздно, спешу сказать: Юрий Иванович, спасибо!
Для справки.
Собирая материалы для своего путеводителя по Карадагу, я, естественно, обратился к Марии Степановне Волошиной, вдове поэта, хранительнице коктебельских преданий. И она рассказала, как родилось интересующее меня название. Случилось это во время одной из лодочных прогулок хозяина Дома поэта и его гостей вдоль Карадага. При подходе к безымянной бухточке за мысом Слон Максимилиан Александрович шутливо предложил назвать ее именем того, кто первый ступит на ее пляж. Поднялась суматоха. Ближний к берегу борт был мгновенно перегружен бросившимися к нему пассажирами — лодка перевернулась. И над людьми, со смехом отфыркивавшимися, барахтавшимися на мелководье, впервые прозвучало сохранившееся доныне имя...
(Из книги Владимира Купченко «Киммерийские этюды»)
Ссылки:
http://poesis.ru/almanah/almanah2/Manin/biograph.htm
http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AE%D1%80%D0%B8%D0%B9_%D0%9C%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%BD
http://www-ki-old.rada.crimea.ua/nomera/2006/170/how.html
1 Турклуб «Орион», созданный мною за двадцать пять лет до скончания прошлого века, через который прошли сотни ребятишек, так же как и я тяготевших к таинствам путешествий.
вторник, 9 августа 2011 г.
НЕ ЖЕНСКОЕ СЛОВО - ТАЙГА
Верховья горной Алтайской реки.
Сверху по реке непроходимые скалы и водопад, далее вниз – болотистая, скрытая в сплошном кустарнике и травяных джунглях, завальная низина. К тому же, скорее всего, зимой здесь непроходимые многометровые снежные заносы, надолго закрывающие любые пути к человеческому жилью. Назвать дорогой то, по чему мы продвигаемся в этот раз, чавкая броднями в непролазной грязи, совершенно невозможно, а до ближайшего селения почти сотня километров.
Жить в этом месте невозможно...
...думалось нам, пробирающимся к порожистым рыбацким местам, как вдруг из-за речного поворота... выглянули крыши домов!
Невероятно! Оказывается, здесь живут люди! Мы прибавляем шагу, и постепенно нам открывается уютная поляна с несколькими домами и баней, стоящих у самой реки. Встречающиеся нам пни от поваленных когда-то кедров своими мощными размерами ясно говорят нам, что здесь потрудились могучие мужские руки, тем более, что старые покосившиеся от времени постройки выложены толстенным кедрачом, а это явный признак мужского присутствия.
Возле бани стоят спиннинги, на стене колышется от ветерка рыбацкая сеть, под навесом вывешены звериные шкуры.
Идем дальше и обомлеваем – яблони, сливы, груши! Рядом с домом огород, чуть дальше посевы топинамбура, за домами покосы. Под яблонями виднеются пчелиные ульи.
Да, люди явно живут здесь давно и, похоже, вложили немало труда, чтобы эта заимка стала не только пригодной для жилья, но и радовала ее хозяев своим уютом.
Мы уже представляли себе встречу с могучими бородатыми кержаками, хозяевами заимки, как тут из дома вышла совсем даже не пожилая женщина и, приветливо улыбаясь, пригласила к столу попить чаю со свежим медком. Своим ровным голосом и спокойствием, неспешными движениями рук и какой-то вполне ощутимой уверенностью в своих действиях она будто намекала нам на то, что здесь она полная хозяйка.
На вопрос, а где же мужики, женщина спокойно ответила, что мужики уже давно сбежали из этих мест, а она круглый год живет здесь одна. Правда, на лето, на время каникул, к ней приезжают двое дочек и сынишка. Но все остальное время, включая и зиму, она наедине со своими заимкой и тайгой...
Одна? Женщина среди этой непролазной чащи живет одна?!
А как же она одевает, кормит своих детей?
Охотой, рыбалкой, продажей трав и меда! Вы не поверите – когда мы увидели несколько фотографий, где она с ружьем позирует возле убитого ею медведя, а на другой фотографии запечатлена обнимающей прирученную ею косулю... мы уже не отрывали взгляда от хозяйки! Мы искали в ней какие-то особенные черты, наличие неведомой нам силы духа, какого-то неженского... мужества, но перед нами сидела и попивала чаек с сотами обыкновенная женщина, вполне уверенно ориентирующаяся во всем, чем живет современный мир, по-женски смешливо отзывающаяся на наши шутки и легко вступая в разговор на любые предложенные нами темы.
Невероятно!
Эта женщина живет здесь со дня своего рождения и, казалось бы, должна очерстветь и озлобиться от одиночества и происков безжалостной дикой природы. Но нет – женщина вела себя совершенно по-женски, была улыбчива и заботлива, будто бы и не было у нее за плечами длинных зимних ночей одиночества, гулов метелей и выстрелов берез в ночи, лопающихся от жестоких морозов, вечных проблем с дровами и сражений с многодневными снегопадами.
Мы потягивали чаек и спрашивали, спрашивали, спрашивали... Да, эту заимку основал ее отец, могилка его вон там, за домами. Раньше здесь одновременно проживали даже три семьи, но постепенно разъехались, а теперь бросить это все она не может, даже не представляет, как бы ей жилось в большом селе, а здесь все родное, дом и пасека, фруктовые деревья, посаженные когда-то ее отцом, кормилица-речка, любимая ею рыбалка, известные только ей путики к скрадам и солонцам, а главное – тишина, покой и тайга...
С улицы донесся шум заведенной бензопилы, и мы видим, как сын женщины, шестиклассник, уверенно делит на чурки притащенные им же на мотоблоке из тайги лесины. Послышалось конное ржание, и стало видно, как девушка, дочь хозяйки, седлает лошадь, чтобы, как она сказала, съездить к одному только ей известному месту на реке, откуда можно поболтать с подружками по мобильному телефону...
Лесная идиллия...
Только чуть погодя, нам все же удалось соединить все услышанное и увиденное вместе, и до нас стало доходить, что на самом деле не все так хорошо, как кажется и как говорит хозяйка заимки.
Жить большую часть времени вдали от детей, изо всех сил стараясь изыскать возможность одеть и накормить их, забота о их будущем, где каждый шаг стоит больших денег, постоянный риск заболеть без надежды на врачебную помощь, невозможность бросить хотя бы на неделю свое хозяйство (для тех же изнуряющих походов по бездушным коридорам власти), наконец, просто ежедневные заботы о хлебе насущном – все это, да и многое другое, представилось нам далеко не таким радужным, как показалось вначале.
Женщина среди тайги. Одна-одинешенька. Пусть смелая, гордая, все умеющая и все знающая, но – женщина! Нет ни связи, ни дороги, а ее дети хотят жить как все. У дяди в селе, где они учатся, есть ноутбук, удается иногда полазить в интернете, но, опять же, у дяди... Летом они вместе: сынишка, хоть и шестиклассник, но уже настоящий мужчина, все лесопильные и землекопные работы на его плечах; дочери и коня на скаку остановят и в избе порядок наведут - но... это летом, а зимой приходится жить врозь даже без возможности просто пообщаться и поболтать по телефону, как это легко делается в иных местах...
Не сообщаю ни адрес заимки, ни имя ее хозяйки. Знаю, что даже из лучших побуждений можно легко разрушить все то, что собрано, установлено, притерто и проверено годами. Вспомните хотя бы нашумевшую в свое время историю с отшельниками, разнесенную по стране шустрым корреспондентом (публикации в «Комсомолке» В.Пескова под общим названием «Таежный тупик» и последующие после этого его каяния по поводу случившихся трагедий). После накатившей на семью Агафьи «славы» и лавины горе-помощников гибель хозяев «таежного тупика» последовала незамедлительно!
Но помочь надо. И помочь можно! Пусть не самой этой героической женщине, но ее детям. Вот номер кошелька ее дочери в Яндексе 410011054182286 (припишите при операции парольное слово «урил»). Не жмотьтесь, скидывайте в него свои «миллионы», пусть ребятишки порадуются возможностям прикупить что-то в интернет-магазинах, а попозже, возможно, найдут для себя возможность приобрести ноутбук и начать искать место приложения своим способностям.
...Не поверите – мы уходили из заимки с чувством радости от встречи с героической женщиной и... чувством ужаса, представляя одинокого человека, женщину, в маленькой избушке среди снежного безмолвия и мрачного сумрака жестоких январских морозов... Не дай вам Бог такого!
Все же не женское это слово – тайга.
Сверху по реке непроходимые скалы и водопад, далее вниз – болотистая, скрытая в сплошном кустарнике и травяных джунглях, завальная низина. К тому же, скорее всего, зимой здесь непроходимые многометровые снежные заносы, надолго закрывающие любые пути к человеческому жилью. Назвать дорогой то, по чему мы продвигаемся в этот раз, чавкая броднями в непролазной грязи, совершенно невозможно, а до ближайшего селения почти сотня километров.
Жить в этом месте невозможно...
...думалось нам, пробирающимся к порожистым рыбацким местам, как вдруг из-за речного поворота... выглянули крыши домов!
Невероятно! Оказывается, здесь живут люди! Мы прибавляем шагу, и постепенно нам открывается уютная поляна с несколькими домами и баней, стоящих у самой реки. Встречающиеся нам пни от поваленных когда-то кедров своими мощными размерами ясно говорят нам, что здесь потрудились могучие мужские руки, тем более, что старые покосившиеся от времени постройки выложены толстенным кедрачом, а это явный признак мужского присутствия.
Возле бани стоят спиннинги, на стене колышется от ветерка рыбацкая сеть, под навесом вывешены звериные шкуры.
Идем дальше и обомлеваем – яблони, сливы, груши! Рядом с домом огород, чуть дальше посевы топинамбура, за домами покосы. Под яблонями виднеются пчелиные ульи.
Да, люди явно живут здесь давно и, похоже, вложили немало труда, чтобы эта заимка стала не только пригодной для жилья, но и радовала ее хозяев своим уютом.
Мы уже представляли себе встречу с могучими бородатыми кержаками, хозяевами заимки, как тут из дома вышла совсем даже не пожилая женщина и, приветливо улыбаясь, пригласила к столу попить чаю со свежим медком. Своим ровным голосом и спокойствием, неспешными движениями рук и какой-то вполне ощутимой уверенностью в своих действиях она будто намекала нам на то, что здесь она полная хозяйка.
На вопрос, а где же мужики, женщина спокойно ответила, что мужики уже давно сбежали из этих мест, а она круглый год живет здесь одна. Правда, на лето, на время каникул, к ней приезжают двое дочек и сынишка. Но все остальное время, включая и зиму, она наедине со своими заимкой и тайгой...
Одна? Женщина среди этой непролазной чащи живет одна?!
А как же она одевает, кормит своих детей?
Охотой, рыбалкой, продажей трав и меда! Вы не поверите – когда мы увидели несколько фотографий, где она с ружьем позирует возле убитого ею медведя, а на другой фотографии запечатлена обнимающей прирученную ею косулю... мы уже не отрывали взгляда от хозяйки! Мы искали в ней какие-то особенные черты, наличие неведомой нам силы духа, какого-то неженского... мужества, но перед нами сидела и попивала чаек с сотами обыкновенная женщина, вполне уверенно ориентирующаяся во всем, чем живет современный мир, по-женски смешливо отзывающаяся на наши шутки и легко вступая в разговор на любые предложенные нами темы.
Невероятно!
Эта женщина живет здесь со дня своего рождения и, казалось бы, должна очерстветь и озлобиться от одиночества и происков безжалостной дикой природы. Но нет – женщина вела себя совершенно по-женски, была улыбчива и заботлива, будто бы и не было у нее за плечами длинных зимних ночей одиночества, гулов метелей и выстрелов берез в ночи, лопающихся от жестоких морозов, вечных проблем с дровами и сражений с многодневными снегопадами.
Мы потягивали чаек и спрашивали, спрашивали, спрашивали... Да, эту заимку основал ее отец, могилка его вон там, за домами. Раньше здесь одновременно проживали даже три семьи, но постепенно разъехались, а теперь бросить это все она не может, даже не представляет, как бы ей жилось в большом селе, а здесь все родное, дом и пасека, фруктовые деревья, посаженные когда-то ее отцом, кормилица-речка, любимая ею рыбалка, известные только ей путики к скрадам и солонцам, а главное – тишина, покой и тайга...
С улицы донесся шум заведенной бензопилы, и мы видим, как сын женщины, шестиклассник, уверенно делит на чурки притащенные им же на мотоблоке из тайги лесины. Послышалось конное ржание, и стало видно, как девушка, дочь хозяйки, седлает лошадь, чтобы, как она сказала, съездить к одному только ей известному месту на реке, откуда можно поболтать с подружками по мобильному телефону...
Лесная идиллия...
Только чуть погодя, нам все же удалось соединить все услышанное и увиденное вместе, и до нас стало доходить, что на самом деле не все так хорошо, как кажется и как говорит хозяйка заимки.
Жить большую часть времени вдали от детей, изо всех сил стараясь изыскать возможность одеть и накормить их, забота о их будущем, где каждый шаг стоит больших денег, постоянный риск заболеть без надежды на врачебную помощь, невозможность бросить хотя бы на неделю свое хозяйство (для тех же изнуряющих походов по бездушным коридорам власти), наконец, просто ежедневные заботы о хлебе насущном – все это, да и многое другое, представилось нам далеко не таким радужным, как показалось вначале.
Женщина среди тайги. Одна-одинешенька. Пусть смелая, гордая, все умеющая и все знающая, но – женщина! Нет ни связи, ни дороги, а ее дети хотят жить как все. У дяди в селе, где они учатся, есть ноутбук, удается иногда полазить в интернете, но, опять же, у дяди... Летом они вместе: сынишка, хоть и шестиклассник, но уже настоящий мужчина, все лесопильные и землекопные работы на его плечах; дочери и коня на скаку остановят и в избе порядок наведут - но... это летом, а зимой приходится жить врозь даже без возможности просто пообщаться и поболтать по телефону, как это легко делается в иных местах...
Не сообщаю ни адрес заимки, ни имя ее хозяйки. Знаю, что даже из лучших побуждений можно легко разрушить все то, что собрано, установлено, притерто и проверено годами. Вспомните хотя бы нашумевшую в свое время историю с отшельниками, разнесенную по стране шустрым корреспондентом (публикации в «Комсомолке» В.Пескова под общим названием «Таежный тупик» и последующие после этого его каяния по поводу случившихся трагедий). После накатившей на семью Агафьи «славы» и лавины горе-помощников гибель хозяев «таежного тупика» последовала незамедлительно!
Но помочь надо. И помочь можно! Пусть не самой этой героической женщине, но ее детям. Вот номер кошелька ее дочери в Яндексе 410011054182286 (припишите при операции парольное слово «урил»). Не жмотьтесь, скидывайте в него свои «миллионы», пусть ребятишки порадуются возможностям прикупить что-то в интернет-магазинах, а попозже, возможно, найдут для себя возможность приобрести ноутбук и начать искать место приложения своим способностям.
...Не поверите – мы уходили из заимки с чувством радости от встречи с героической женщиной и... чувством ужаса, представляя одинокого человека, женщину, в маленькой избушке среди снежного безмолвия и мрачного сумрака жестоких январских морозов... Не дай вам Бог такого!
Все же не женское это слово – тайга.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)